Вверх

Легендарная лакская певица Мариян Дандамаева родилась в 1936 году в селении Шахува Лакского района. В 2018 году 28 августа - ей бы исполнилось бы 82 года. Ее жизнь трагически оборвалась на самом пике славы.

О жизни народной любимицы вспоминает редактор газеты «Илчи» Качар Гусейнаева.

МАриян. Именно так, с ударением на первом слоге произносят это прекрасное библейское имя лакцы. «Поет МАриян!» – объявляло в свою бытность лакское радио. И все знали – это Она. А после ее гибели к радости слушателей и наслаждению ее дивным пением стала примешиваться горечь невосполнимой потери. Потому что вот уже несколько десятилетий пролетело, уже многажды проходили шумные и масштабные фестивали песни «Шунудаг», призванные выявить новую звезду, равную Мариян… а ее все нет и нет. Все же есть, есть незаменимые люди, которых Творец посылает к нам. Возможно, отчасти нам на испытание…

Старшеклассницей я любила слушать часовую передачу на лакском языке по дагестанскому радио. Там всегда полчаса шел концерт лакской музыки. И однажды я испытала потрясение. Звучал новый, непривычный, прекрасный голос. Все в нем было ново: и тембр, и свежесть, и непохожесть ни на кого. И искренность. Пела девушка, как соловей поет. Потому что душа у нее пела. Я никак не могла дождаться, пока родители вернутся с работы, чтобы сообщить им, что у нас появилась новая прекрасная певица. И она, наверное, будет так же знаменита, как Сапижат Османова (обожаемая тогда лакцами певица и актриса).

О Мариян Дандамаевой заговорили. Ее полюбили сразу. Ее записи появились на телевидении, на радио. Стали приглашать на всякие торжественные события республиканского масштаба, сопровождаемые концертами. Ее быстро узнал весь Дагестан. Ее песни полюбили все. В концертах по заявкам не только лакцы просили передать ее песню.

Я не была ей подругой, не была близка с ней. Но так случилось, что мне предложили сделать радио-очерк о ней для передачи «Зори Кавказа», которая транслировалась на весь Северный Кавказ. Гордая миссией, я отправилась к ней. К Мариян Дандамаевой. Как раз в это время она готовилась к предстоящим сольным концертам. И мне посчастливилось быть на всех этих, надо сказать, немногочисленных, но триумфальных концертах Мариян и в Махачкале, и в Каспийске. Я ходила за ней хвостом. Мне хотелось знать о ней больше, соприкоснуться с ее миром. И в моей душе ее светлый облик остался навсегда.

Не яркий, не потрясающий, не величественный, не шумный, не рекламный. Миниатюрная женщина с великолепной фигурой в школе была заядлой спортсменкой. Роскошные темные волосы, уложенные в высокую, по моде, прическу. Изумительной красоты серо-зеленые глаза. Никто мимо не пройдет, не оглянувшись. Подруга детства вспоминает, что в школе Мариян была великая выдумщица на всякие шутки, розыгрыши и игры. Была жизнерадостна и весела. А я видела женщину, очень выдержанную, тихого, скромного нрава. Рядом всегда был муж, человек могучего телосложения. Вполне добродушный весельчак, вроде бы. Но то, что каждое движение, каждое слово жены не остается им незамеченным, ощущалось. И среди людей были разговоры о том, что он не в восторге от славы и известности жены. Удивлялись, что он дал согласие на эти концерты.

А концерты имели потрясающий успех. Билеты были нарасхват. Были овации, просьбы спеть на бис. Шли записки с просьбами спеть ту или иную песню. Писали о своем восхищении. Благодарили за радость, подаренную концертом.

мариян дандамаева

Боже мой! Как она пела! Это был ее расцвет. Голос ее, казалось, не знал границ, не знал невозможного. Зал млел в восторге. И взрывался овациями. Она была счастлива. И в перерыве на одном из выступлений с законной гордостью сказала, что с залом она говорит на русском языке, потому что там люди всех национальностей.

Молодым надо знать, что дагестанские концерты того времени были совсем другими. У Мариян, как и у других певиц, не было антуража, даже отдаленно напоминающего сегодняшний. Сцена без всяких изысков. Простейший микрофон и Она... Певица. Никаких ухищрений технологических, сегодня «делающих» певцов. Она и сцена. И песня. И зал, зачарованный ею и ее песней. Есть ли сегодня певец или певица, способные овладеть залом в этих же условиях? Я не знаю таких. А она могла. Костюм ее – всегда наглухо закрытое под горлышко, длинное, скромное платье. Золотые, старинные украшения. И все. Но она и так красавица.

Она пела народные песни и песни самодеятельного композитора, слава которого тоже гремела в это время, Мазагиба Шарипова. Они вместе учились на музыкальном факультете Пединститута. И тогда же сложился их, так сказать, тандем. Она прославляла своим восхитительным исполнением его песни. Он, вдохновленный их успехом, приносил новые и новые шедевры ей.

Ее песни вслед за нею пели и в народе. Песни, которые она исполняла, люди так и называли: «Марияннул балай» – песня Мариян. Она владела умами и сердцами людей. Она стала настоящим кумиром. Ей, живой, посвящали стихи поэты. Она стала гордостью народа.

мариян дандамаева

Приведу один, на мой взгляд, очень трогательный случай. В клубе моего села после ее концерта и восхищенного приема к Мариян подошла слепая бабушка и попросила разрешения дотронуться до ее лица. «Ты поешь прекрасно, – сказала она, – хочу убедиться, что ты так же прекрасна и лицом». Мариян поднесла ее руки к своему лицу и сказала: «Посмотри, дорогая, оцени». Конечно, бабушка осталась довольна: «Ты так же прекрасна, как и твоя песня».

Но жизнь Мариян не была сказкой. Она жила в достатке, ни в чем не нуждалась. Но семейные проблемы были. Слава жены, вероятно, тяготила, обременяла мужа. Я была свидетелем, когда она пришла в Министерство культуры (я работала завлитом в Лакском театре) и просила защиты от семейного насилия. Представляю, каково было ей, с ее достоинством, гордостью, просить о «таком» чужих людей. Конечно, там развели руками. Благополучная женщина, в шубке из натурального меха, в драгоценных украшениях. «Чего ей не хватает!» Да и что там могли сделать? Как вмешиваться в семейные дела? И в артистической, профессиональной среде были и извечная зависть, и ревность, и недоброжелательность. Она жаловалась, что сама несколько раз приходила на радио, телевидение, просила записать ее песни. Но все не получалось: то оркестр не готов, то какого-то работника нет на месте. «Приходи в другой раз». А это, несомненно, задевало самолюбие гордой женщины.

Так вот, возвращаясь к заказу, сделанному мне: возвещаю, что львиная доля записей песен Мариян на радио записана в том числе и благодаря мне. Не могли же там отказать «Зорям Кавказа» – солидной, авторитетной программе того времени! Я попросила Мариян прийти на радио, несмотря на болезнь. У нее был насморк. И в музыкальных проигрышах она то и дело утирала нос белоснежным батистовым платочком. И сама же забавно потешалась над этой ситуацией. Я была несколько разочарована. Это было не то, что на концертах, где она на публике была божественна. «Здесь не споешь, как в зале, – утешала она меня. – Вот выздоровею, мы хорошо подготовимся и запишем целый концерт». Но этому не суждено было случиться. Выстрел ревнивого мужа оборвал ее жизнь на самом взлете. В расцвете ее таланта. А она, вдохновленная успехом последних концертов, готовилась к большому турне по Средней Азии, где тогда было много наших благоденствующих земляков. Они ее давно приглашали и деятельно готовились к этой встрече. Мариян готовила новый репертуар. Хотела петь не только лакские песни. Ведь ее слава уже давно перешагнула пределы Дагестана. Я знаю, что в то закрытое время кассеты с ее песнями были востребованы, например, у турецких дагестанцев.

мариян дандамаева

Весть о ее гибели облетела Дагестан. Не хотелось в это верить. Но увы. Это была дагестанская реальность. Ее уход огромное количество людей восприняли как личное горе, личную потерю. Все понимали, что такое явление, как Мариян, повторится не скоро.

Для прощания тело Мариян выставили в Музыкальном училище, где она работала преподавателем. Туда потекла нескончаемая людская река. Она лежала на возвышении, под темным покрывалом. Только лицо было открыто. Голова убрана старинным шелковым платком. Запомнилось ее бескровное бледное лицо и полузакрытые глаза. Даже в смерти она была чиста и прекрасна. Что-то детское и беззащитное отпечаталось на ее лике, уходящем в вечность.

Людской поток, который шел в этот промозглый, ветреный, секущий лица ледяным дождем день, не поддавался исчислению. Таких похорон Махачкала еще не видела. Люди печально молчаливой толпой стояли и по тротуарам, на всем протяжении пути, провожая эту скорбную процессию. Многие плакали. Плакали и мужчины.

Люди понимали, что уходит легенда. И другая не скоро придет. Ее, новой легенды, равной по масштабу Мариян, Муи Гасановой, Дурии Рагимовой, Рагимат Гаджиевой, увы, нет и сегодня...

Наверное, потому, что не умеем ценить милость Небес. И не храним то, что имеем...


Автор: Качар Гусейнаева | Редактор газеты «Илчи» | Журнал «Мы»

Мудрость дня

Зат Рана. 70 мудрых мыслей о нашей жизни

04.12.2018 • Мудрые мысли

Каждый год я ощущаю восторг от того, как много всего изменил, сколько всего нового выучил и как мало я в то же время знаю. Это помогает мне подвергнуть сомнению то, что раньше я считал неопровержимым. И это повод поразмышлять над тем, как я стал лучше и что этому поспособствовало. Я уверен, что ч ... Читать далее

Мы ♥ Ислам